Ботылев Василий Андреевич

Тип статьи:
Авторская


Ботылев Василий Андреевич
24.02.1920 - 20.07.1970
Герой Советского Союза, командир 393-го отдельного батальона морской пехоты Черноморского флота, капитан-лейтенант.

Родился 24 февраля 1920 года в посёлке Рублёво ныне Кунцевского района Москвы в семье мастера водонапорной станции. Русский. После окончания средней школы в 1938 году был призван в Военно-Морской Флот и направлен в Черноморское высшее военно-морское училище в городе Севастополь (впоследствии – ЧВВМУ имени П.С.Нахимова), которое окончил в 1941 году.

Принимал участие в боевых действиях во время Великой Отечественной войны с 1941 года. Лейтенант В.А.Ботылев был назначен командиром пулемётного взвода в 8-ю бригаду морской пехоты, в составе которой он принял участие в отражении первого немецкого штурма Севастополя. На протяжении ноября 1941 года бойцы взвода В.А.Ботылева сражались в обороне, нанеся противнику значительные потери. Когда в подразделении осталось всего несколько человек, их отвели в резерв.

Начиная с 29 декабря 1941 года, в составе штурмового отряда первого эшелона 44-й армии лейтенант В.А.Ботылев участвовал в Феодосийской десантной операции в качестве заместителя командира десантного отряда. Он в числе первых высадился в порт Феодосии, умело руководил боем и управлял огнём по противнику, не давая ему наносить потери десантным кораблям, идущим во втором эшелоне. Будучи раненым в голову, он не покинул поле боя и весь день участвовал в уличных боях, увлекая бойцов своим примером. Поставленную перед ним задачу выполнил и был награждён орденом Красного Знамени.


Весной 1942 года в должности командира пулемётной роты 9-й бригады морской пехоты, а затем – начальника разведывательно-строевого отдела штаба Керченской военно-морской базы лейтенант В.А.Ботылев участвовал в боях на Керченском полуострове, вплоть до эвакуации наших частей в мае 1942 года на Таманский полуостров. В июне 1942 года он был назначен командиром охраны рейда Ейска. Со своим отрядом катеров он принимал участие в обороне портов Ейска, Приморо-Ахтарска и Темрюка, а затем с боями прорвался через Керченский пролив в порт Новороссийск.

Получив очередное звание старшего лейтенанта, В.А.Ботылев был назначен командиром роты автоматчиков на 1-м боевом участке противодесантной обороны Новороссийской военно-морской базы в районе посёлка Кабардинка. В ночь с 3 на 4 февраля 1943 года командир роты морских пехотинцев В.А.Ботылев высадился во втором эшелоне десанта на мысе Мысхако под Новороссийском в районе населённого пункта Станичка на плацдарм, захваченный за два часа перед этим передовой группой десантного отряда майора Ц.Л.Куникова. Семь дней десантники отбивали яростные атаки врага и удержали плацдарм до подхода основных сил – двух бригад морской пехоты. За этот период отрядом было уничтожено свыше 2000 солдат и офицеров противника.

12 февраля 1943 года Ц.Л.Куников на берегу Цемесской бухты был тяжело ранен и эвакуирован с плацдарма. 14 февраля 1943 года он скончался. Отряд продолжал вести боевые действия, но уже без своего командира. При завоевании и удержании плацдарма, который впоследствии был назван «Малой Землёй», большую роль сыграла и рота старшего лейтенанта В.А.Ботылева. Отважный командир был награждён орденом Отечественной войны 1-й степени, ему было присвоено звание капитан-лейтенанта.

27 марта десантный отряд, который продолжали называть куниковским и после гибели Ц.Л.Куникова, был эвакуирован с Малой Земли в город Геленджик. С 20 апреля 1943 года, после прибытия пополнения (командир отряда В.А.Ботылев, замполит Н.В.Старшинов), перед отрядом была поставлена задача – обеспечить боеприпасами, продовольствием и другими военными грузами десантные войска Малой Земли. 15 августа 1943 года отряд был снят с выполнения этого задания и переброшен в Туапсе. 16 августа 1943 года в отряд прибыло пополнение из 143-го и 325-го батальонов морской пехоты. 20 августа переформирование закончилось. Сформированное подразделение стало именоваться 393-м отдельным батальоном морской пехоты Черноморского флота и было вновь переброшено в Геленджик на Тонкий мыс для подготовки к следующей десантной операции. Командиром батальона был назначен В.А.Ботылев.

В начале сентября 1943 года Советская армия развернула операцию по разгрому вражеской группировки войск на Северном Кавказе. Черноморскому флоту было поручено вторично высадить десант, теперь уже непосредственно в Новороссийском порту. В составе десанта находился 2-й десантный отряд, включавший 393-й батальон В.А.Ботылева. В ночь на 10 сентября корабли десанта под сильным артиллерийским огнём противника прорвались в порт и начали высадку на побережье, Элеваторную, Лесную, Нефтеналивную и Старо-Пассажирскую пристани 393-го отдельного батальона морской пехоты (800 бойцов и офицеров, 11 миномётов, 40 противотанковых ружей и 42 пулемёта). При подходе к месту высадки сторожевой катер СKA-081 (брейд-вымпел командира второго десантного отряда) был сильно повреждён. Вода стала заливать кормовые отсеки. Несмотря на это, командир катера старший лейтенант Флейшер повёл на максимальной скорости полузатопленный катер к берегу и высадил 37 десантников во главе с их командиром капитан-лейтенантом В.А.Ботылевым на берег. Только после этого, стоя по грудь в воде, под непрерывным вражеским огнём матросы заделали пробоины и катер смог вернуться в базу.

Отряд сразу же атаковал противника, захватил здание клуба моряков на набережной и занял круговую оборону. Отдельные штурмовые группы десантников захватили вокзал и элеватор. Более двадцати атак отбила группа морских пехотинцев под командованием В.А.Ботылева, оборонявших клуб, где обосновался штаб батальона. Без пищи, без воды, при нехватке боеприпасов матросы отбивали атаки противника, поддержанные танками. Когда положение стало критическим, В.А.Ботылев по радио вызвал огонь нашей артиллерии на себя. Танки врага стояли в 200-300 метрах от клуба. Огонь черноморских артиллеристов был весьма точным. Снаряды рвались в гуще вражеских машин. 15 сентября основные силы десанта соединились с батальоном В.А.Ботылева. Противник был полностью выбит из Новороссийска. За 5 суток батальон уничтожил до 1750 солдат и офицеров, подбил 8 танков, уничтожил 7 автомашин, 2 орудия, ликвидировал 85 огневых точек, захватил большое количество пулемётов, автоматов, винтовок и другого военного имущества. Батальон потерял более половины своих бойцов, половина оставшихся в живых была ранена. За боевые заслуги при освобождении Новороссийска В.А.Ботылев был награждён вторым орденом Красного Знамени. 393-й отдельный батальон морской пехоты получил наименование «Новороссийского».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 сентября 1943 года за умелое руководство подразделением в боях по освобождению Новороссийска и проявленные при этом мужество и героизм капитан-лейтенанту Ботылеву Василию Андреевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 2236).

После освобождения Новороссийска батальон получил кратковременную передышку с целью переобмундирования и доукомплектования подразделений. До ноября 1943 года он нёс патрульную и гарнизонную службу в Геленджике. С декабря 1943 года начал усиленную подготовку к десантной операции в Крым. В декабре 1943 года В.А.Ботылев был откомандирован в распоряжение Наркомата ВМФ.

После окончания Великой Отечественной войны В.А.Ботылев продолжал службу на флоте. В 1949 году окончил Высшие офицерские специальные классы ВМФ. До 1956 года служил на Черноморском флоте, командуя экипажами боевых кораблей. По состоянию здоровья в 1956 году он был уволен в запас в звании капитана 3-го ранга и возвратился на родину. Принимал активное участие в военно-патриотическом воспитании молодёжи.

Награждён орденом Ленина (18.09.1943), двумя орденами Красного Знамени (13.02.1942, 16.09.1943), орденами Отечественной войны 1-й степени (29.04.1943), Красной Звезды (26.10.55), медалями.

Именем В.А.Ботылева названы улицы в Москве и Новороссийске.

В п. Рублёво именем героя была названа бывшая Кировская ул. (решение Мосторисполкома от 8 мая 1973 т. № 15/42. Бюллетень Мостгорисполкома № 12 (762) за 1973 г. С. 21). Улица проходит от Рублевского ш. до северной границы пос. Рублево. На д. № 6 установлена памятная доска с пояснительным текстом.

Бюст Героя установлен в Севастополе на территории Черноморского ВВМУ им. П.С.Нахимова (ныне - Академия ВМС Украины им. П.С.Нахимова).

Скончался 20 июля 1970 года. Похоронен в Москве на Рублёвском кладбище.


При составлении биографии Героя, кроме литературных источников, использована статья В.Савченко «Командир авангарда Новороссийского десанта» на сайте «Вестник Ростовского-на-Дону морского собрания»


Отрывок из книги Героя Советского Союза Н.В.Старшинова «Зарево над волнами» (в сокращении)

Действия 393-го отдельного батальона морской пехоты постепенно сосредоточились на подступах к железнодорожному вокзалу и находящемуся неподалеку от него клубному зданию. Отдельные группы вели бои на побережье Цемесской бухты. Вскоре вокзал, клуб, элеватор, товарная станция и ряд других пунктов оказались в руках десантников. Они устремились к трехэтажному зданию, в котором ранее размещалось управление Новороссийского порта. Немцы превратили его в настоящую крепость: заложили камнем все окна со стороны бухты, оставив лишь амбразуры для стрельбы из пулемётов и винтовок. На черноморцев отсюда рванулся смерч раскалённого металла, и они, потеряв несколько товарищей, вынуждены были отойти под прикрытие стен клуба, только что отбитого у врага. Здесь разместился наш штаб, радиостанция, санитарная часть, в которую уже начали поступать раненые. Лишь за первую ночь штурма Новороссийска их число превысило девяносто человек.
Захватили «языка». От него узнали, что в здании управления порта, охраняемом сильными огневыми средствами, находится штаб подразделения немецкой морской пехоты.
– Парадокс военного времени, – рассмеялся командир батальона Василий Ботылев. – Два штаба враждующих сторон обосновались почти рядом. Притом, заметьте, оба принадлежат к морской пехоте. Что ж, посмотрим, чья морская пехота возьмёт верх. Впрочем, это заранее известно. В ожидании подхода второго эшелона десантных войск мы перешли к обороне. Это оказалось тем более своевременным, что противник начал атаковать наши позиции, пустив в ход танки и крупные пехотные подразделения.
Ботылев деловито взвесил обстановку:
– На нас идут тринадцать танков и до тысячи солдат. Если собрать вместе все наши силы, включая девушек-санитарок, то мы наберем едва ли сорок человек, – он горько усмехнулся, – и ни единого танка. Но отступать мы не имеем права. Тут девяносто наших товарищей, раненых в бою. Мы их ни за что не оставим на растерзание врагу.
Командир батальона громко крикнул:
– Всем, кто способен держать оружие, занять огневые позиции. Будем драться!
Возле каждого окна первого этажа поставили по одному автоматчику. Большими силами мы не располагали. Я вооружился единственным имевшимся у нас противотанковым ружьём и вместе с Василием Ботылевым поднялся на второй этаж. Выбрав удобную позицию у маленького окна какого-то подсобного помещения, зарядил ружьё. Не успел еще изготовиться к выстрелу по головному танку, как страшный грохот ворвался в комнату. Снаряд разворотил стену и тяжело ухнул в дальнем углу. Едкая пыль набилась в рот, уши. Что-то трещало, рушилось. Пол вздрогнул, покачнулся, и мы с Ботылевым оказались на первом этаже.
Со всех сторон к клубу подкрадывались немецкие автоматчики. Наши бойцы стреляли расчётливо, только наверняка – экономили патроны.
Первую атаку отбили. За ней последовали вторая, третья. С каждым новым броском противника наше положение усложнялось. Порой даже не верилось, что удастся выстоять. Но люди стояли! Если кто-либо падал от раны, то всё равно, лежа, продолжал вести огонь по врагу.
– Стоять по-севастопольски! – ободрил я старшину 1-й статьи Сергея Колота, занимая позицию у соседнего окна.
Колот вместо ответа сделал одиночный выстрел из своего автомата, и немецкий унтер-офицер, поднявший было для броска гранату, рухнул замертво у стены. Неброшенная граната взорвалась, сразив добрый десяток солдат в серо-зеленых шинелях.
Я мельком взглянул на корреспондента газеты «Красный флот» Николая Добушева. С автоматом в руках он вместе с майором медицинской службы Лаптевым и медсестрой Надеждой Лихацкой несли охрану помещения, в котором лежали раненые. И несли ее так, что ни одному гитлеровцу не удалось приблизиться к окнам даже на расстояние гранатного броска.
Некоторые раненые, могущие передвигаться хотя бы ползком, тоже переместились к окнам и по мере возможности стреляли в гитлеровцев. Остальные лежали на полу, бессильные чем-либо помочь своим товарищам. Один краснофлотец, у которого были оторваны выше колен обе ноги, дрожащими от слабости руками вставлял патроны в автоматный диск. Он не мог оставаться безучастным к происходящему.
Один неприятельский танк совсем близко подошел к зданию и бил в упор по нашему укрытию. Положение становилось безнадёжным. Это заметил главстаршина Николай Кириллов, занимавший с несколькими краснофлотцами позицию в соседнем доме. Он, не думая о себе, выпрыгнул из окна, сбоку подполз к танку и метнул под его гусеницы две гранаты. Стальная махина завертелась на одном месте и безжизненно застыла с отвёрнутым в сторону орудием. И еще две вражеских машины вывели из строя отважные моряки. Несмотря на большие потери, немцы продолжали атаки. Отдельным вражеским солдатам порой удавалось проникнуть в здание клуба. Их уничтожали врукопашную, так как каждый патрон был на счету.
– Стрелять только в том случае, если не можешь дотянуться кинжалом, – распорядился вчера командир батальона.
Его распоряжение стало законом.
Осаждённые десантники понимали, что еще час-другой такого боя – и в живых не останется ни одного защитника нашей весьма примитивной в фортификационном отношении крепости.
– Пожалуй, выхода нет. Давай вызовем огонь нашей артиллерии на себя, – тихо сказал мне Ботылев.
– Из двух смертей следует выбирать наиболее почётную.
– Давай, – согласился я. В эфир полетела радиограмма.
Несколько минут все с нетерпением ждали ее результатов.
– Неужели не откроют? – ударил кулаком по футляру передатчика радист. – Да открывайте же, открывайте огонь!
Наконец на мостовой перед клубом разорвался один тяжёлый снаряд. Второй упал в непосредственной близости от его воронки. Наступило короткое затишье. Оно резко оборвалось рокочущими ударами частых разрывов. Наши артиллеристы, пристрелявшись и, по всей видимости, выбрав удобную точку корректировки огня, вели беглый обстрел соседних с клубом кварталов, улицы и ближайшего перекрёстка. В условиях уличного боя такую предельную точность артиллерийской стрельбы соблюдать трудно, почти невозможно. Однако наводчики орудий сумели выполнить невыполнимое. Лишь три снаряда угодили в здание клуба. Остальные ложились вокруг, образуя непреодолимое кольцо сплошных взрывов.
Вспыхнули еще два танка с крестами на приплюснутых башнях. Остальные попятились под прикрытие стен…

Биография предоставлена Л.Е.Шейнманом (г. Ижевск)


Отрывок из статьи "Они учились в нашей школе" Журнал "Пионер" (№ 2, 1949)

В сентябре 1928 года сре­ди ребят, впервые севших за парту, был один маленький мальчик. Он сидел тихо, весь красный от волнения.

— Ну, а тебя как зовут?
Малыш поднялся и ответил так тихо, что учительница пе­респросила:
— Как?
— Вася! — пролепетал ма­лыш.
— А фамилия?
— Ботылёв.

А в сентябре 1943 года произошло следующее событие.Немцы, занявшие Новорос­сийск, готовились к обороне. Наступающая Советская Армия была недалеко. На подступах к городу с суши и с моря немцы лихорадочно рыли окопы, возводили укрепления.

И вдруг однажды ночью затрещали выстрелы в самой гавани Новороссийска. Это высадился советский десант морской пехоты. Высадился там, где немцы меньше всего ожидали.

Командовал батальоном молодой капитан-лейте­нант. В этом человеке, -первым бросившемся на заминированный, окружённый вражескими дота­ми новороссийский причал, трудно было узнать малыша, который когда-то еле выговорил от смущения своё имя. Но это был он, Василий Бротылёв.

Под ураганным огнём руководил он бойцами. Его моряки заняли вокзал, элеватор, электростан­цию. Сам он с горсткой храбрецов укрепился в клубе, на набережной.
Теперь нужно было держаться. Нужно было обеспечить высадку других советских частей.

Пять суток капитан-лейтенант провёл в не­прерывных боях с фашистами. Днём по клубу била немецкая артиллерия. Ночью клуб штур­мовали немецкая пехота и тан­ки. В клубе не было воды. Изнывающие от жажды бойцы продолжали держаться. Двад­цать восемь атак отбили они за эти дни!

Горстка советских моряков, забравшихся в самое логово врага, выстояла, обеспечила наступление других советских частей и вместе с ними вы­гнала врага из советского го­рода.

С тех пор воспитанник руб­лёвской школы Василий Боты­лёв носит звание Героя Совет­ского Союза.

Журнал "Пионер" (№ 2, 1949)

Ссылки:


RSS
15:56
+2
Гость
17:06
+1
Коллеги, я только увидела статьи. Спасибо за публикацию. Надо продолжить по-возможности. У нас жили и работали всего 3 Героя Советского Союза. Ботылев, Иванов и Николаев. Иванов Михаил Иванович жил сначала на ул.Новорублевская д.2, а затем переехал на ул.Советская, д.7. Там висит памятная доска. Родственники его там живут до сих пор во втором подъезде. Думаю им будет приятно увидеть материалы на нашем сайте. Николаев работал на РВС, на здании администрации РСВ висит памятная доска с 2015г.
22:25
+1
О маленьком Васе Ботылёве вспоминает директор школы 580 в статье журнала «Пионер» на 9-ой стр.
00:30
+1
Не совсем понятно. На доме № 6 поменяли памятную доску на новую, а на доме № 23 оставили старую? Вот она:


21:44
+2
Уж извините что не по теме, но какой кирпич фактурный!)
23:18
+1
Да чего уж там, пожалуйста. ) Кирпич, действительно, фактурный у этих трёх красных домов. Плюс Camera Raw.